Новая история старой планеты. Хроники Нибиру: 2012. Глава 1-3
Хуже всего получалось у Будимира. Даже спустя четыре дня беспрерывных занятий его движения были резки и угловаты. Он постоянно жаловался на неудачное тело, чем только вызывал смех и комментарии товарищей, чьи движения были плавны и которые уже начали ходить.
— Надо же, как вы хорошо приспособились к телам, — сказал Энлиль, войдя в лабораторию.
Сам он уже свободно передвигался и получал удовольствие от близкого общения с окружающей природой. Единственной проблемой пока для него было говорение. Времени, проведенного в теле, оказалось недостаточно для освоения этого сложного процесса, и из уст вырывались лишь звуки схожие с мычанием и криком. О содержимом информации товарищи Энлиля догадывались интуитивно, но сами не могли ничего ответить и поэтому только слушали.
— Как насчет того, чтобы выйти на природу и продолжить обучение под чистым солнцем, испытывая приятный запах свежего воздуха и ощущать его прикосновение с кожей? — спросил Энлиль.
Нефилимы стали активно жестикулировать, а некоторые из них даже пытались высказать свое одобрение при помощи слов. Несмотря на то, что из уст вырывался только невнятный рев, Энлиль их понял. Сконцентрировавшись на теле, он начал двигаться в сторону выхода из лаборатории. Остальные последовали за ним. Смотреть на это со стороны было смешно и непривычно. Рваные, резкие, отрывистые движения делали их похожими на что-то среднее между роботами, обтянутыми кожей, и зомби из фильма ужасов далекого будущего. Они шли друг за другом, вытянувшись в цепочку. Для них новая игрушка, под названием «тело», была интересна и занимательна, как и многие другие новинки на этой планете, но еще больше новинок ждало их впереди, ведь теперь перед ними оказались стерты границы и открыты врата тактильных, зрительных, осязательных, обонятельных, слуховых и вкусовых ощущений, возможных на Земле.
Зеленая планета распахнула свои объятия, едва гости вышли из тени лаборатории. Густой лес с запахом хвои и свежести возвышался до самых небес. Лучи солнца ложились на кожу, но не обжигали её, а только грели. Нинхурсаг подняла руки к Солнцу и произнесла молитву этому светилу, столь редко показывающемуся на их родной планете. Она вспомнила, как еще совсем ребенком ждала наступления того времени года, когда Родина приблизиться к Солнцу и погода станет теплой. Однако со временем ситуация ухудшалась, и в скоро этот драгоценный период, длящийся всего полмесяца, перестал быть праздничным, а стал внушать по большей части муки. Всему виной стала невыносимая жара, от которой можно было укрыться лишь в недрах полой планеты, где правительство построило несколько крупных городов для обеспечения безопасности своим жителям. На период приближения Солнца все нефилимы в обязательном порядке перемещались туда, и только ночью, или когда светило оставалось позади, им разрешалось покинуть убежища, чтобы в следующий момент его приближения вновь спрятаться внутри планеты. Сейчас Нинхурсаг знала причину той жары, и не могла не радоваться благоприятной экологической обстановке на Земле. Здесь сбывались её детские фантазии и мечты о теплом лете, купании в прохладной воде, и главным элементом в осуществлении этих грез, было тело.
Неуклюже передвигаясь по сочной зеленой траве, нефилимы вдыхали свежий воздух, и ощущая ветер и солнечные лучи. Они начинали ценить тела, понимая их значимость для работы и существования на планете. “Конечно, даже рабочим будет удобнее добывать полезные ископаемые, испытывая от работы удовольствие”, — рассуждали они.
Долго гуляли нефилимы вокруг базы, приспосабливаясь к телам и пытаясь пережить новые ощущения. Сделать это оказалось не просто, так как слишком сконцентрированы они были на передвижении и расслабиться не получалось. Энлиль уже давно понял, что, только находясь в расслабленном состоянии можно испытать удовольствие от природы. Он предложил собратьям устроиться поудобнее на травке, недалеко от живописных гор, и попытаться забыть о теле. Так они и поступили. Кто-то лег на спину, кто-то сел, прислонившись к дереву, но каждый смог испытать то, чего не испытывал, совершая движение. Казалось, не только сам процесс движения отвлекал от любования природой, но и искусственные звуки нарушали природную тишину. Сейчас, пребывая в живописном месте без движения, каждый руководитель будто держал в руках тонкую нить Природы, пронизывающую всю планету, проходящую и через них самих. Это было прекрасно! Энки понял, что первая экспедиция создала тело, идеальное подходящее для существования на Земле, и даже Природа приняла нефилимов в свой союз. Все существующее на планете было настоящим, натуральным, лишенным химикатов, чего нельзя было сказать про Родину, где власть принадлежала технократии, а её огромные заводы нарушали естественное равновесие. Сидя на траве, нефилимы слышали пение птиц и доносившиеся из джунглей голоса животных. Каждый старался сидеть как можно неподвижнее, не нарушая природную тишину.
Ветер качал верхушки деревьев на склонах гор. Соприкасаясь между собой, кроны издавали шуршащий звук. Они двигались в такт с ветром, создавая иллюзию движения гор. Позади текла река, журча от трения о береговые камни. Чуть дальше она падала с небольшого обрыва и слышался шум от удара об воду. После нескольких дней тренировок тело уже не казалось громоздким саркофагом, в которое была заключена душа, а Энлиль ощущал себя самого этим телом. Энергетическая составляющая полностью слилась с физической и пропитала каждую клеточку. Он и оно было одним.
— Вы уверены, что стоит давать эти тела рабочим? — спросил Энлиль после долгой тишины.
Товарищи вновь издали характерные движения, и он понял, что они его полностью в этом поддерживают.
— Тогда предлагаю здесь, в Эриде, научить рабочих переселяться в новые тела и отправить корабль с ними на добычу золота. Все нефилимские тела нужно хранить вместе, чтобы ни одно из них не потерялось. И если вы не против, то я тоже хотел бы отправиться с Златомиром, который заменил Беримира, на рудники и осмотреть новые месторождения золота.
Все дружно закивали, а это значило, что Энлиль мог заняться изучением планеты в той части, где еще не был. И он, хотя еще не исследовал фрагмент материка, которым любовался из воды, не мог упустить возможности посмотреть на другую сторону планеты. Тем более что Энлиль знал: скоро он все равно вернется в Эриду.
Через несколько дней корабль был готов, и руководители полетели на новые рудники. Энлиль радовался, что устроенная им прогулка произвела на собратьев самые приятные впечатления и усилила в них желание продолжать осваивать тела, закладывая в них все новые и новые навыки и развивая новые способности. Корабль летел на небольшом расстоянии от поверхности планеты, и руководители могли с высоты наблюдать за её красотами. На протяжении всего пути они не отрывались от иллюминаторов, и, только когда вид под ними сменился тем, что раньше являлось морским дном, а радары показали нужно место, приготовились к приземлению. Площадка для новых рудников была выбрана исходя из данных карты, составленной предыдущей экспедицией. Именно здесь, по их мнению, располагались запасы золота, которые скрывались водой до смещения полюсов и которые сейчас природа обнажила перед гостями.
Корабль приземлился, и нефилимы вышли на улицу. В воздухе стоял невыносимый запах гниения живых организмов, и в этот момент Энлиль впервые осознал минусы обонятельных способностей. Будь сейчас в скафандре, он не чувствовал бы этих запахов, но дуализм мира проявлял себя и здесь. Единственное, что успокаивало нефилимов, так это привитость тел и невысокая вероятность подхватить какую-нибудь инфекцию. Ведь, потеряй они тело сейчас, их души лишатся физической оболочки и будут потеряны для окружающих. В том мире с душой могло произойти что угодно, и именно эта неизвестность пугала больше всего.
Очень быстро по чертежам Градака были выстроены устройства по добыче золота, и рабочие приступили к своим обязанностям. За время строительства базы и поселков нефилимы овладели телами почти до совершенства, познав их резервы. Теперь, когда здесь работа Энлиля была закончена и его пребывание не требовалось, он решил отправиться в небольшое путешествие. Двигаясь на запад, он встречал новые формы существования, гармонично обитающие на планете до прибытия гостей с Родины. Все живые виды были почти идеальны и прекрасно сосуществовали бок о бок, выдерживая необходимую гармонию и баланс. Главным для нефилимов было научиться существовать на этой планете, не нарушая природного равновесия и чтобы их вмешательство не привело к пагубным последствиям для этих видов. Планета была поистине живая! Каждое насекомое, каждый листочек на дереве — все было частичкой Целого, но не потеряло при этом своей индивидуальности. С чувством полной свободы, пробирался Энлиль через непроходимые джунгли, переваливал через высокие горные хребты, огибал простирающиеся озера. Неповторимая сказочность природы очаровывала, поражая сознание и будоража душу. Пейзажи заставляли сердце восторженно трепыхать, и сбивали дыхание. Ни Родина, ни тем более Мардук не могли сравниться с Землей. Энлилю было жаль, что не эта планета является для него родной, и он не имеет возможности вечно любоваться ею. Хотя кто знает — возможно если бы он был её обитателем, то или уже привык бы и перестал замечать эту красоту. Все познается в сравнении, а если одна оппонентская сторона отсутствует, то исчезает суть сравнения сама по себе, оставляя лишь норму и обыденность единственного варианта, в котором отсутствует сравнение, а вместе с ней и возможность понимания, определение Добра и Зла, того что есть хорошо, а что плохо, теряется основополагающий принцип существования мира. Совершая эту маленькую экспедицию в новом теле, Энлиль мог любоваться красотой природы наяву, а не через стекло гидрокостюма и не с территории воды. Это было потрясающе! Он мог касаться грубых стволов деревьев ладонью и сжимать в руке мягкие листья. Вдыхать легкий вкусный воздух и погружаться в приятную стихию воды. Птица пролетела над ним и, не двигая крыльями, продолжила парение дальше, опускаясь ниже и сливаясь с зеленым фоном деревьев.
