Аннунаки

Новая история старой планеты. Хроники Нибиру: 2012. Глава 4-5

***
До смещения полюсов оставались считанные часы. Предвидя скорую развязку, Арлих, Ра, и Арарагат вернулись в тропический лес Кеми и поднялись на вершину Великой Пирамиды, одиноко возвышающейся среди густых джунглей. Было необычайно тихо. Совсем близко текла река. Ра тоскливо посмотрел на восток. Солнце начинало садиться, бросая последние лучи на верхушки пальм. Это был его последний восточный закат. Следующие 16 тысяч лет Солнцу предстояло вставать на востоке, а садиться на западе. «До чего прекрасное время!» — думали Учителя, слушая пение птиц. Где-то далеко от них жили сбежавшие из Атлантиды атланты, которым предстояло пройти испытание. Встав на колени, Арарагат помолился за всех землян, прося у Высшего Разума благословения. Он молил, чтобы как можно больше атлантов осуществило Переход и продолжили свое развитие, позабыв о пугающей иллюзорности смерти, делящей Одну Жизнь на множество мучительных отрезков. Примеру Арарагата последовали и остальные. Втроем они стояли, обращенные лицами друг к другу и читали молитву. Когда в душе стала возникать пустота, они поднялись на ноги и, осуществив небольшое передвижение в пространстве, спустились в Зал Свидетельств, находящийся под Сфинксом.
Зал Свидетельств — одно из самых древних мест на Земле, созданное сознанием и не подвергающееся воздействию Перехода. Это своего рода музей истории земных цивилизаций, берущих начало почти шестьсот миллионов лет назад. Зал представляет собой огромную комнату, лишенную окон и дверей. В нем находиться много объектов, оставленных предыдущими цивилизациями, но Учителям был нужен лишь один из них. Это уникальный космический корабль, не имевший аналогов на планете. Уникальность его заключалась в сакральном устройстве работы и толщине стен. А толщина их была настолько мала, что находящиеся за ними объекты хорошо просматривались. Погрузившись на борт, Арлих активизировал свою Мер Ка Ба, перевел корабль в тонкий мир и, пройдя сквозь толщу земли, поднял его в небо. После этого Арлих придал молекулам летательного аппарата прежние вибрации, и корабль вернулся в физический мир.
Возвратившись в Атлантиду, Учителя созвали всех представителей Наакальской Школы и погрузившись на корабль, поднялись вверх. Почти одновременно с отрывом их от земли началось смещение полюсов, и воды мирового океана пустились в свой смертоносный бег. Бросив прощальный взгляд на остров, Вознесенные Учителя одновременно активизировали свои Мер Ка Ба и, защитив свою память от воздействия падающей напряженности магнитного поля, полетели в Кеми, к Великой Пирамиде.
Атланты в городах жили обыденной жизнью, в которой было место страху и насилию, пока наконец не пришло время Великого Перехода, и привычные им цвета не стали произвольно менять свои оттенки. Это продолжалось совсем недолго, и скоро начали происходить явления куда более заметные. В воздухе стали возникать необычные предметы, никогда прежде не встречаемые атлантами. Их цвета были новы, а назначение непонятно. В Мэйнисе над Домом правительства возник длинный, имеющий вид переплетенных нитей, объект. Излучая свет, он переливался странными красками. Долгое наблюдение за ними вызывало внезапную смерть. Город Ом был наполнен множественными предметами, похожими на цветы, возникающими в воздухе, примерно в метре от земли. Они так же светились изнутри и зачаровывали атлантов невидимой силой красоты. Объекты возникали по всей планете, включая и Кеми. Вознесенные Учителя находились на корабле и из него наблюдали за Переходом, оценивая красоту и его неповторимость. Это было поистине чарующее время. Повсюду появлялись новые краски и образы. С понижением напряженности магнитного поля, грани третьего и четвертого измерений стерлись, и два разных мира стали проникать друг в друга.
Атланты сходили с ума. Причиной было не только внешнее изменение мира, его форм и цветов, не только крах общественных устоев и разрушение нерушимого, но и воздействие магнитного поля на мозг и сознание землян. Голова болела странным образом, словно мозги в ней начали шевелиться. На улицах городов началась паника. Земляне бегали, обхватив головы руками, и орали. Их деградация шла молниеносно. Несколько легче обстояли дела в небольших поселках, где все здания были построены из натурального камня и дерева. Здесь масштабы разрушений были не так велики, и видоизменение строений было почти незаметным.
После нескольких часов проникновения четвертого измерения в третье напряженность магнитного поля снизилась ещё сильнее, и все ненатуральные материалы стали исчезать. Уходящие на многие метры вверх здания стали рушиться без видимых причин, хороня под собой жителей, надеявшихся найти спасение в собственных квартирах. Они с грохотом падали вниз, поднимая в воздух тонны пыли, а вскоре исчезали вовсе, или от них оставались груды разделенных элементов. Происходящее казалось атлантам страшным. Гаруды, корабли, автомобили таяли на глазах, одежда рассыпалась. Чем больше и выше был город, тем страшнее происходили в нем перемены. Обезумевшие горожане в панике бежали в леса и там пытались спрятаться от непонятного явления. Кроме появляющихся в пространстве предметов необычных цветов и форм, мир наполнили еще и ужасные мыслеформы.
Одновременно с этими изменениями по планете прокатились высокие волны, смывающие города и уносящие жизни атлантов. Когда по всем телевизионным каналам прокатилась новость о наводнении, жители города Пеос изменили свое мнение о Нуахе и его семье. Надеясь на прощение, многие из них обступили корабль и со слезами на глазах умоляли открыть ворота и пустить внутрь. Сердце Нуаха сжималось от сострадания к женщинам и детям, однако он не мог ослушаться создателей, и все мольбы остались без ответа. Спасаясь от наводнения, земляне прыгали в лодки и отправлялись в поисках убежища на других континентах. Тысячи лодок уходили из Портеи, но до места добрались лишь немногие. Одни суда поглотили волны, другие просто не успели. Переход разрушал неестественные материал, из которого состояли лодки, и они распались, а пассажиры утонули в морской пучине. Кто-то пытался по воздуху на гарудах пересечь океан, и среди таких было больше выживших, однако падавшие с огромной высоты умирали мучительной смертью. Воды окончательно уничтожили всех трудящихся на рудниках нетеров, оставив о их существовании лишь мифы и легенды, долго передаваемые из уст в уста.
Вознесенные Учителя сидели в медитации Мер Ка Ба, наблюдая за преобразованием мира. Для них в этом не было ничего страшного и всем явлениям находилось объяснение, но они также понимали, что для уснувшего сознания землян это стало огромным потрясением. Тат создал перед собой мыслеформу в виде маленького доброго динозаврика и играл с ней.
— Знаешь, почему ты можешь материализовывать свои мысли? — спросил его отец Арлих.
— Потому что наши мысли материальны? — предположил Тат.
— Отчасти.
— А почему тогда раньше у меня это не получалось?
— Потому что тогда ты находился в третьем измерении, а сейчас — почти в четвертом. Четвертое измерение отличается отсутствием таких крепких физических вещей, как прежний мир. Здесь нет такого промежутка во времени между «подумал» и «появилось». В четвертом измерении мысли материализуются почти мгновенно, — пояснил Арлих.
— А если атлант наполнен страхами и боится происходящих сейчас событий, его страхи тоже материализуются?
— Конечно. Именно поэтому ты так долго учился контролировать свои эмоции и чувства. Страх всегда тормозит развитие существа.
С любовью Арлих смотрел на своего сына. К своим годам тот был очень умен и мудр. Любую информацию сын усваивал почти мгновенно, и сам процесс узнавания нового приносил ему удовольствие. В этих чертах его характера Арлих узнавал себя самого.
— А ты знаешь, почему исчезают многие вещи, к которым мы привыкли? — вновь спросил Арлих после размышлений.
— Нет.
— Одним из аспектов этой Игры было создание искусственных материалов, которых в природе никогда не существовало. Они появляются лишь оттого, что атланты в них верят, и не более. Вот представь: один атлант придумал пластиковый стакан, потом он подумал, как его создать, и создал. Остальным этот предмет понравился, и им начинают пользоваться. Но пластиковый стакан не является природным материалом, поэтому его нет на самом деле. Для атлантов же предмет существует, поскольку они в это верят, и вера их закреплена решеткой сознания третьего измерения. Именно вера движет созданием ненатуральных вещей.
— Но ведь вера — это не что иное, как мысль, — перебил Тат своего отца.
— Все правильно. Атланты думают, из каких элементов создать пластиковый стакан, из чего сделать пластик, как его обработать и вылить в форму. И все это прочно закрепляется в коллективной решетке сознания, и уверенность в «возможность» создание предмета передается остальным. Все очень просто, хотя и кажется, на первый взгляд, чем то невозможным.
— А что происходит с этими ненатуральными вещами во время Перехода?
— Они рассыпаются на первосоставляющие природные элементы. Это происходит из за разрушения решетки сознания третьего измерения. Рушится она, а вместе с ней и все искусственные материалы.
— И дома, значит, тоже?
— Конечно. Там, в Атлантиде, сейчас происходят странные, по меркам землян, события. Они воочию наблюдают за всеми признаками Перехода одновременно. Им это кажется жутким, хотя на самом деле это не более чем процесс очищения. Природа занимается самовосстановлением после воздействия землян.
— Значит, после Перехода не останется никаких технических изобретений?
— Никаких! Переход сотрет их все, и следующая цивилизация даже ничего не узнает о своих предках, поскольку все фактические доказательства будут уничтожены.
— Значит, мы специально переместились в джунгли, чтобы не видеть, как все рушиться и страдают наши собратья, — задумчиво произнес маленький Тат, разговаривая сам с собой.
— На природе, вдали от всех этих потрясений, Переход переносится легче. Ничто тебя не отвлекает от любования этим прекрасным и редким явлением, — ответил Арлих и посмотрел в сторону реки.