Аннунаки

Новая история старой планеты. Хроники Нибиру: 2012. Глава 4-5

Спрыгнув с дерева, они побежали обратно к пасущемуся стаду, чтобы быть как можно дальше от места преступления. Только оказавшись на вершине горы с крутым обрывом, откуда было видно стадо, Каин почувствовал себя спокойнее. Брат смотрел на него укорительным взглядом.
— Что ты натворил? — твердил Абаэль, словно в бреду. — Создатели говорили нам, что этого нельзя делать! Ты ослушался их. Что теперь с нами будет?
— Мы им ничего не скажем, и они не узнают.
— Они знают все! Мы не сможем их обмануть. Даже если мы промолчим, они все равно догадаются.
— Тихо, тихо, тихо, — повторял Каин, обхватив голову руками. — Что нам сделать, чтобы они ни о чем не узнали?
— Мы должны сами обо всем рассказать. Будет хуже, если они догадаются, — говорил Абаэль. — Если мы им не скажем, они посчитают, что мы их обманываем, и рассердятся еще больше.
— Они не будут ругаться, если ни о чем не будут знать, — стоял на своем его брат.
— Нет. Мы должны им рассказать. Если ты этого не сделаешь, сделаю я.
— Не выдавай меня, брат, — просил Каин.
— Ты обманываешь тех, кто обучал нас. Я не хочу быть причастным к этому, и сам расскажу обо всем Энлилю.
— Ты не сделаешь этого! — вскочил Каин. — Меня накажут.
— Зато мы будем честны перед ними.
Каин представил наказание, и сознание его помутилось и отошло на задний план. С этого момента он стал сторонним наблюдателем своих действий. Его рука замахнулась и нанесла удар в лицо брату. Абаэль отступил назад, закрыв лицо руками от боли.
— Ты не расскажешь об этом Энлилю! — настаивал Каин и ударил еще раз.
Не отдавая себе отчета в поступках, он продолжил наносить удары по телу и голове брата, а когда сил совсем не осталось, столкнул его с уступа. Молча Абаэль полетел вниз, и только глухой удар пробудил сознание Каина странным ощущением в груди, не испытываемым прежде. Сев на землю, он закрыл лицо руками и попытался вспомнить произошедшее. Ему казалось, что последние минуты жизни прошли за темным занавесом, сквозь который просвечивались лишь кратковременные фрагменты, наполненные странными и тошнотворными воспоминаниями. Выполнив поставленную до рождения программу, Каин заложил понятие убийства в Коллективное Сознание планеты. С помощью её землянам стал доступен один из способов познания дуальности мира. Убийство себе подобных — один из немногих вариантов преждевременной смерти и карательный инструмент в руках Игрока.
Обессиленный, сидел он на краю обрыва, боясь посмотреть вниз. Ему было незнакомо понятие смерти и убийства, но интуитивно он понимал, что свершенный поступок ужасен. Тошнотворное, болезненное состояние заключило сознание в плотный вакуум, пугающий своей безысходностью и чувством необратимости сделанного.
Эмоции и переживания Абаэля перед смертью были столь сильны и новы, что распространили свое энергетическое воздействие на многие километры вокруг. Адапа и Тити не могли не уловить их. Будучи неподалеку, они быстро определили источник энергии и прибежали к нему. Вместе с ними был Гудислав. Первым они увидели поникшего Каина, грустно сидевшего на самом краю высокого обрыва. Под ним, метрах в двухстах, на камнях лежало тело второго сына, без признаков жизни. Голова его была разбита
— Сделай что-нибудь, чтобы он вернулся к жизни, — попросила Тити Гудислава, когда они подошли к телу. — Ты ведь создатель, ты умеешь лечить.
— Я не могу даровать ему жизнь, прости Тити, — ответил Гудислав, не веря произошедшему.
Адапу и Тити тоже было незнакомо чувство потери близких до этого момента. Они не знали, хорошо это или плохо, но ощущение душевного опустошения и вырванности чего-то изнутри причиняло боль.