Человек с планеты Нибиру, главы 1-4
— Я вижу, спасибо, — ответил Александр, продолжая делать наброски.
Юноша не ушел, а остался в комнате, постоянно крутясь поблизости, и то и дело поглядывая на Александра.
Александр весь погрузился в свое воображение, что не обращал ни малейшего внимания на юного слугу, однако его мозг вспышкой притянул момент, когда юноша подал бокал, — что-то странное отразилось в глазах мальчика в тот момент. Александр оторвался от рисования и пристально взглянул на юношу. Тот быстро спрятал глаза и поспешил удалиться.
— Адриан, подойди, пожалуйста, — попросил Александр.
— Да, Александр, — ответил юноша и подошел.
Александр откинулся на спинку стула.
— Мне кажется, что вино не совсем свежо. Как ты считаешь?
— Я не знаю, Александр. Сейчас пойду и принесу тебе другое, — голос слуги дрогнул.
Морозец пробежал по сердцу царя. Он не понимал, как это объяснить: показалось ли ему, или юноша ведет себя так неспроста.
— Постой. Я могу ошибаться. Попробуй ты для начала, — голос Александра звучал требовательно, и юноша не смел ослушаться.
Дрожащими руками он поднес кубок ко рту и закрыл глаза. Его губы тряслись. Взгляд Александра был прикован к юноше и не отрывался от него ни на мгновенье. Держа кубок у рта, юноша вдруг заплакал и, уронив кубок, упал на колени.
— Прости меня, Александр! — навзрыд просил юноша.
Гнев и жалость смешались в Александре. Он было бросился на мальчика, но, только оттолкнув его, остановился и сел на край кровати закрыв лицо руками. Сквозь мысли отчаяния пробивался рев юноши. Александр обхватил голову руками изо всех сил и рухнул лицом на кровать.
— За что же вы все меня так ненавидите? — в отчаянии бормотал он.
Предательство сильно опечалило его. Оно забирало много сил, поглощая Александра и не давая возможности отвлечься ни на что другое. Чувствуя резкое недомогание, Александр потерял сознание и очнулся только оттого, что кто-то громко кричал его имя и тряс за плечи. Первым, кого увидел Александр, когда открыл глаза, был Гефестион. Потом он заметил и других товарищей и слуг. Все они склонились над ним с взволнованными лицами.
— Адриан хотел отравить меня! — прошептал Александр, глядя на Гефестиона.
— Его уже схватили, и он во всем признался, — ответил Неарх, заглядывая в глаза друга, отражавшие печаль и усталость.
Александр с трудом поднялся и вместе с товарищами пошел к Клиту, который допрашивал юношу.
Они вышли из дворца и зашли в одну из палаток. Клит беспощадно избивал мальчика.
— Подожди, Клит, — сказал Александр, пошатываясь от волнения. — Кто надоумил тебя, Адриан? — спросил он у слуги, тяжело дыша. — А ведь я считал тебя другом! Я делился с тобой всеми своими мечтами! За что?
Клит не дал возможности произнести юноше и слова.
— Он сказал, что это была его идея и… — Клит бросил взгляд на окружающих и, взяв Александра под руку, отвел в угол палатки. — Александр, он назвал имя еще одного человека, который знал об этом заговоре, — продолжил Клит.
Он говорил шепотом, но сквозь этот шепот слышались печаль и разочарование.
Александр пристально смотрел на него.
— Ну, так кто же это? — нетерпеливо спросил Александр.
— Адриан указал на Филота.
Руки Александра опустились, и боль разочарования опустошило все его нутро.
— Филота? — Александр не мог поверить, что друг детства мог предать его.
— Да, Филота. Адриан говорит, что Филота знал о заговоре, но, как я понимаю, не предпринял ничего, чтобы предотвратить его.
Александр перевел взгляд на своего слугу. Тот лежал на земле, а заплаканное лицо и рваная одежда были перепачканы кровью.
— Найти его? — поинтересовался Клит.
Александр только кивнул в ответ.
— Срочно найти Филота! — приказал Клит воинам.
Филота привели очень скоро, однако прежде привели второго слугу Александра. Он так же, как и Адриан, подозревался в заговоре. Их слова в отношении Филота совпали, и уже ни у кого не возникало сомнений о его осведомленности о готовящемся убийстве.
Филота схватили и доставили в палатку к Александру без объяснений.
— Что случилось, Александр? — спросил удивленный Филота.
Боль пронзала сердце Александра при виде дорогого друга. Он был готов простить ему все, но только не измену. Ведь измена и предательство — одного поля ягоды, которые нельзя простить за умерщвляющий яд, скрывающийся под красивой и сладкой оболочкой.
— Что случилось с тобой, мой Филота? Что я сделал тебе такого, за что ты предал меня?
— Ты что, Александр, говоришь? Я не предавал тебя!
— Они сказали, — Александр указал пальцем на двух избитых юношей, сидевших на полу, — что ты знал о заговоре.
Увидев слуг, лицо Филоты передернуло.
