Человек с планеты Нибиру, главы 9-10
— Обязательно. Но эта операция весьма опасна, и для её осуществления понадобятся хорошие специалисты.
— Ты знаешь, где их взять?
— Да. С Вашего позволения, я поеду в Париж. У меня есть товарищ, которому я доверяю, и смогу поручить это дело.
— Конечно. Поезжай. Дело не терпит отлагательств, — заверил король и жалобным взглядом, требующим защиты, посмотрел на своего генерала.
Ришар поднялся и поспешил в свою комнату, где надел одежду, показывающую его высокий чин, и спустился в конюшню. Аттила стоял вымытый и почищенный. Он явно обрадовался появлению своего хозяина, и приветливо фыркнул несколько раз. Ришар взял его под уздцы, и, выведя на свежий воздух, запрыгнул, направив верного друга в Париж.
Проходя из комнаты в комнату, глаза Дьедонне разбегались от разнообразия диковинных ваз, мебели, люстр, светильников, подсвечников. Каждая комната была выполнена в своем индивидуальном стиле, и была не похожа на предшествующие. Стиль каждой комнаты был строго выдержан, и специально подобранная под неё мебель, и любой другой фрагмент интерьера не могли быть вписаны в другую комнату. Все выглядело эксклюзивно и дорого. Единственное, что объединяло комнаты, так это висевшие на стенах портреты королевской семьи и приближенных двора. Одна из комнат была выполнена в голубом стиле, очень похожем на стиль в одной из дворцовых комнат Ришара, где висела шпага его друга. Другая комната красная, и даже обои, мебель — все было наполнено ярко красными и бордовыми цветами. Другая комната была бирюзовая, еще одна — зеленая. Они были шикарны, но ни одна из них не могла сравниться с покоями хозяйки дворца — Марии-Антуанетты, которая показала её днем ранее. Все в комнате было покрыто золотистым напылением, и даже ножки стульев были покрыты тонким слоем золота. Потолки некоторых комнат были куполообразными, и к их центру были прикреплены люстрочные цепи. Деодат показывал Дьедонне множество комнат дворца, одна за другой.
— Вы еще не устали, мадмуазель? — спросил слуга.
— Это все так интересно и красиво, что от этого невозможно устать. Мне только нужно время, чтобы осмыслить увиденное. Вы не возражаете, если я сейчас немного отдохну, а потом мы продолжим экскурсию? — улыбнулась Дьедонне.
— Все, что Вы скажете, мадмуазель. Позвольте Вас проводить до Ваших покоев?
— Это очень любезно с Вашей стороны, Деодат.
Они шли по зеркально начищенному полу через анфилады комнат в сторону покоев, в которых остановились гости.
— Позвольте мне Вас покинуть на минутку, у меня для генерала есть сюрприз от его друзей из Бургундии, — и он зашел в комнату, оставив девушку в коридоре.
Вышел он с бутылкой вина, украшенной лентами.
— Это бургундское вино 1650 года. Любимейшее вино генерала Ришара де Монсепье. Неделю назад к королю приезжали друзья, и король обмолвился, что скоро приедет генерал. А у этих людей из Бургундии прекрасные отношения с Вашим спутником, и они не могли упустить возможность сделать ему маленький приятный сюрприз.
— Это очень любезно с их стороны. Я обязательно передам ему эту красиво оформленную бутылку.
Разговаривая, они дошли до нужной комнаты. Дьедонне зашла внутрь и, прежде чем сесть на кровать, поставила подарок на стол. Уставшая от долгой ходьбы по дворцу, она легла на кровать, закрыв глаза, и попыталась заснуть, но сон упрямо не хотел идти. Голова была наполнена образами комнат, не дававших возможности расслабиться, и нужно было чем-то приглушить этот гул в голове. Тут она вспомнила про бутылочку подаренного вина.
«Думаю, мой любимый не будет возражать, если я открою её. Хотя нет, это его подарок, пусть он его и открывает…» — размышляла она, взвешивая все аргументы. В конечном итоге Дьедонне все-таки поднялась с кровати и, с трудом откупорив красивую бутылку вина, наполнила бокал.
Сделав глоток, она почувствовала ни с чем не сравнимый вкус выдержанного вина. Вино было очень вкусным, и Дьедонне в несколько глотков допила содержимое бокала и пошла спать. После сна ей предстояло продолжить экскурсию по дворцу.
