Аннунаки

Человек с планеты Нибиру, главы 11-12

Посмотрев представление еще несколько минут, друзья отправились домой.
Потрясенные величиной и красотой города, маленькие унуки обменивались впечатлениями пока шли до водопада, шум которого они услышали издали. Водопад не окружали унуки, как это было, когда они увидели его впервые, и яркий свет звезды не освещал падавшую воду. Только тогда они поняли, что день закончился и пора спать.
Эта ночь прошла спокойно, несмотря на все опасения друзей. Шумевшая вода заглушала все другие звуки, вводя друзей в иллюзию безопасности.
Как и прошлым утром, первым проснулся Альдер и растолкал друзей от крепкого сна. Поев, унуки отправились дальше, домой. Полные эмоций и впечатлений, они пообещали друг другу еще вернуться к этому водопаду в следующий раз.
Уже подходя к озеру, унуки услышали, как будто кто то зовет их по именам.
— Альдер! Эстин! Ултон! — кричали где-то в лесу.
Друзья побежали на звук и очень скоро выбежали прямо к звавшим их голосам. Это были жители их родного селения. Первой, кого увидел Альдер, была его мама. Она бросилась к любимому сыну и, обняв его, прижала к себе.
Их не ругали за побег из дома. Все были счастливы их возвращению.
Альдер с мамой шел в центре. Справа от него шли Ултон со своими родителями и Эстин со своими. Папа Альдера двигался впереди вместе с остальными унуками. Неожиданно он резко остановился и поднял правую руку вверх. Все последовали его примеру и остановились. Какой-то непонятный шорох слышался со всех сторон.
— Мы видели капажиков! — испуганно прошептал Эстин своей маме.
Все повернули головы к нему. В это мгновение толпа каких то существ побежала к ним, топая ногами и ослепляя резкими вспышками огня. Пущенная стрела попала в папу Альдера, но тот, невзирая на боль, бросился на нападавших. Кто-то пытался скрыться на деревьях, но пущенные копья и стрелы доставали их и там. Кто-то пытался пробиться через плотные ряды капажиков, но был схвачен сетью и жестоко убит.
Сердце ни одной матери не в состоянии вытерпеть страдания своего ребенка. Закрыв Альдера собой, мама защищала его как могла. Стрелы попадали в неё, но она отгоняла страшно смеявшихся капажиков. Альдер выглянул из-за плеча своей матери и увидел, что Ултон лежит мертвым на земле, а Эстина бьют палками эти страшные существа. Забыв о страхе, он бросился к обидчикам, но не успел. Стрела пронзило маленькое сердце Альдера. Падая, он обернулся к маме, и их взгляды встретились. Она больше не сопротивлялась. То, для чего она жила всю свою жизнь, было убито. Было убито не за какой-то плохой поступок или из-за еды, а в угоду своим желаниям. Её ребенок был убит ради удовольствия.
Геноцид цивилизации унуков был так похож на войны и полное истребления народов, которое Альдер уже видел, будучи на Земле. Выйдя из тела, первые вспомнившиеся Альдеру моменты, были моментами охоты на Земле, когда он был опьянен успехом. Ему стало больно и противно. Он понял, что чувствовали животные в тот момент, когда он счастливо целовал оружие.
Спустя совсем немного времени Альдер вновь осознал себя Энлилем. Рядом с ним летел Ултон, но только это был уже не Ултон, а сущность, прибывшая на эту планету вместе с ним. Яркие воспоминания прошлого рассмешили Энлиля. Где бы душа ни была, она всегда останется со своими наклонностями, пороками и пристрастиями. Характер не изменить. Шестьдесят процентов характера человека — это его постоянная сущность из жизни в жизнь, и лишь сорок процентов накладываются обществом и воспитанием. Поэт не был исключением. Даже сейчас он чертыхался и ругался, что они набрали так мало энергии. От этих ярких негативных действий энергия уходила их него, покрывая биополе красно-черными пятнами.
— Ты бы поосторожнее! — сказал Энлиль. — Когда вкладываешь много эмоций, тратишь много энергии.
— Полетели отсюда! — сказал поэт, раздосадовавшись.
Долгие блуждания в поисках точки прилета не увенчались успехом, и Энлиль решил нарисовать новый ключ к пространству. На этот раз попыток было меньше, и скоро он сумел подобрать нужный символ, и, замкнув его в три круга, товарищи благополучно покинули эту звездную систему, минуя Игрока.
Оказавшись за пределами, путники не обнаружили ни одной звезды вокруг себя. Только пустое бесцветное пространство с редко попадавшейся синеватой пылью.
— И куда теперь? — спросил поэт.
Просканировав пространство, Энлиль увидел, что слева от них находятся сирианцы, но до них было о-о-очень далеко. Прикинув свои возможности, Энлиль решил, что рисковать не стоит, ведь энергии у них мало, и они могли даже не добраться до них, зависнув где-нибудь в открытом космосе. Прямо перед ними и чуть влево, примерно под углом сорок пять градусов, находилась еще одна цивилизация, но до неё тоже было очень далеко, еще дальше даже, чем до сирианской. Справа была Земля, но и до неё можно было добраться, только минуя несколько звездных порталов по перебросу на большие расстояния.
— Куда ближе всего? — нетерпеливо спросил поэт.
— Туда, где мы уже были! — без капли оптимизма ответил Энлиль.
— То есть? На Землю что ли?
— Именно.
Энлилю совсем не хотелось возвращаться обратно. Он уже был готов совершить Переход, но вот знания, которые были у него до того, как он попал сюда, ушли очень глубоко в память, и где, как не на Сириусе, он мог восстановить их?
— Ты, наверное, лети на Землю, — сказал он поэту, — а я попробую добраться до Сириуса. Вдвоем нам не долететь до него, а один я могу попробовать.
— Послушай, а как же Переход? Ведь нам нужно совершить его. Только тогда нам откроются большие возможности для познания и путешествий.
— Какая разница? Все равно Переход происходит на всех планетах одновременно, что на Земле, что на Сириусе.
— Но зачем тебе лететь туда? Ведь ты можешь даже не добраться! Полетели лучше на Землю.
Энлиль долго не мог определиться, но поэт все же убедил его.