Аннунаки

Человек с планеты Нибиру, главы 11-12

Долетев до какой-то звезды, путники нырнули в находившейся в ней портал и вынырнули у Белого Карлика. Пролетев от него до следующей звезды, они вновь влетели в портал и оказались на другой звезде. Эта планета была совсем черной. По всей видимости, она умерла давным давно, но портал на ней все же сохранился. Совершив третий перелет до большой яркой звезды, они нырнули в портал и оказались на планете, украшенной флажками. Чем тяжелее планета, тем дальше она перекидывает желающих, так и яркая планета бросила путешественников почти к самой Земле. Эта украшенная флажками планета, была часто посещаема и была разрисована разными знаками, оставленными существами разных звездных систем и измерений. От неё во все стороны были указаны направления к планетам. Через неё товарищи попали в пространство, совсем близкое к Солнечной системе Земли. Дальше передвижение осуществлялось за счет Мер-Ка-Ба, и скоро они оказались рядом с тем местом, откуда покидали родную Солнечную систему.
Солнечная система была закрыта плотным пространством, начинавшимся задолго до самой системы. Пытаясь пройти сквозь него, Энлиль коснулся защитного пространства, и мощнейший по силе удар моментально сжег большое количество энергии. Сквозь эту защиту пройти было невозможно. Несколько раз товарищи облетали плотное защитное пространство, но прохода нигде не было. Энлилю казалось, что он точно помнил то место, откуда они покинули Солнечную систему некоторое время назад, но, добравшись, он увидел, что место это совсем не похоже на него. Или он что-то перепутал, или что-то сместилось, или кто-то здесь многое изменил, дабы оградить систему от нежеланных путешественников. Не было нужного отверстия, но напоминавшая раковину конструкция была на месте. Раковина была развернута к ним стеной и преграждала вход. Товарищи не могли определить: был ли это тот же тамбур-переходник или какой-то другой, но очень похожий.
На месте выступа раковины защита казалась не столь мощной, как везде. Это выступавшее пространство не стояло на месте, а двигалось, словно дышало, отчего подобраться к нему было практически невозможно. Даже находясь поблизости от него, сущность теряла энергию, а уж если пространство касалось нерасторопной сущности, то поглощало в себя всю жизненно важную субстанцию. Защитное поле то выпирало совсем чуть-чуть, то полностью скрывалось, то вылезало очень далеко, то отступало назад совсем немножко. Предугадать его было практически невозможно, отчего оно превращалось в идеальную защиту.
Пытаться искать еще один подобный тамбур, если он и был, было невозможно, так как энергии почти не оставалось, и найти потом даже этот тамбур стало бы большой проблемой. Посовещавшись, товарищи решили пробовать пройти через пространство здесь. Зависнув напротив двигавшейся стены, путники, постепенно разряжаясь, пытались вычислить цикличность движения пространства. И цикличность эта действительно была. Просчитав, когда пространство максимально долго будет находиться без движения в выпуклой фазе, Энлиль подлетел к ней и нарисовал ключ, но проход не получился. Много раз, рискуя потерять всю столь важную энергию, нефилим пытался подобрать нужный ключ. Тем временем совершенно обессиленный поэт висел в пространстве. Энергии у него совсем не оставалось. Энлиль перебрал массу всевозможных символов, но все было безрезультатно. По всей видимости, им суждено было навеки зависнуть напротив защитного поля и служить примером для многих других любопытных странников. Начав перебирать символы по второму кругу, он нарисовал один из них в несколько иной форме, сделав подлиннее хвостик, и вот долгожданное чудо произошло. Один лишь недорисованный маленький фрагмент хвостика в символе полностью изменял вибрации ключа, отчего тот не срабатывал. Прямо перед отчаявшимся Энлилем появился портал. Не соблюдая осторожности, поэт из последних сил нырнул в него. Энлиль только успел крикнуть, чтобы тот не спешил, поскольку там может быть все что угодно, но поэт скрылся в портале. Спасая товарища, Энлиль нырнул следом.
Они оказались в огромном помещении с толпящимися в нем сущностями. Это был тамбур-переходник, из которого можно было совершить прыжок на любую планету Солнечной системы. В нем протекали семь дорог света. Они были похожи на яркие лучи и несли сущностей из места их прибытия. Сущности, стоявшие на дорогах света, оглянулись в сторону покатившихся волн вибраций. Энлиль почувствовал и увидел, как потревоженное извне пространство пошло одной мощной волной по коридорам тамбура, откуда в тот же момент понеслась навстречу другая волна, несшая перед собой атмосферу ужаса. Это две Гончих Барьера, охранявших тамбур переходник от вторжений нежелательных сущностей из других систем, встрепенулись и устремились в сторону пространства, вибрировавшего от вторжения новых вибраций — Энлиля и поэта. Летя на огромной скорости к путешественникам по верхней части пространства, они источали дикий ужас, пропитывавший всю сущность.
Совершившие нарушения, видят в Гончих все свои страхи, и не только физические, но и эмоциональные. Считывая страхи с сущности, Гончие проецируют их на себя, парализуя и сковывая жертву. Тяжело сдержаться от криков и возмущения в такие моменты. Это тот самый страх, от которого невозможно шелохнуться, сдвинуться с места. Они очень страшные! Страшный образ заключается не в их физическом облике, поскольку они похожи лишь на перетекающую кляксу, а в способности вселять в сущность страшный образ. Видя их, человек бы не испугался, но ужас, который исходил от них, пропитывал каждую фибру повстречавшейся на их пути сущности. Это был ужас, не сравнимый ни с чем.
Понимая, что встреча с этими стражами пространства не сулит ничего хорошего, Энлиль схватил поэта, который к этому времени уже остолбенел от надвигавшегося ужаса, и силой запихнул обратно в портал, а сам задержался в тонкой границе портала, чтобы знать, когда Гончие покинут это место. Окно в пространстве закрылось, как только двое исчезли в нем и вибрации стихли. Энлиля не было видно для Гончих, но и для поэта он был невидим. Он шел на большой риск, поскольку дышащее пространство могло в любой момент совершить нежелательное движение и впитать в себя всю оставшуюся энергию поэта. Нефилим внимательно наблюдал за происходившим в тамбуре. Две огромные Гончие влетели в помещение и, облетев его, остановились в непонимании, пытаясь вновь уловить потерянные вибрации. Прислонившись к пространству, Энлиль видел, что одна из Гончих была совсем рядом, а вторая летала под самым потолком уплотненного пространства. Гончие были аморфны, и вид их постоянно менялся в зависимости от того, что они ощущали в тот момент.
Громкий гулкий звук пронесся по тамбуру, отбрасывая от себя эхо, — это новая партия душ, пришедших по дорогам света в каком-то другом пространстве тамбура, оказалась как нельзя кстати. Гончие оставили попытки отыскать нарушителей и погнались следить за порядком среди вновь прибывших, наводя ужас уже на них.
Едва Гончие Барьера скрылись из вида, Энлиль аккуратно затащил поэта в тамбур-переходник и вошел сам — к счастью, защитная стена не успела поглотить энергию поэта. Теперь им нельзя было привлекать к себе внимания, а иначе какая-нибудь из стоявших на дорогах света сущностей встрепенулась бы и Гончие вновь прилетели обратно.
Энлиль увидел в веренице душ свободное место и вместе с поэтом подлетел к нему.

Произведение не полное. Финальную 13-ую главу можно найти в печатном издании, а также в версии книги на Flash:
Flash-версия книги