Аннунаки

      Где-то между 2200 и 2100 годом до нашей эры – период великой перестройки Стоунхенджа – старший сын Энлиля Нинурта затеял грандиозное предприятие: построить для себя новый «дом» в Лагаше.
      Это событие проливает свет на многие деяния богов и людей благодаря тому, что царь Лагаша Гудеа, на которого была возложена эта задача, подробно записал все происходящее на двух больших глиняных цилиндрах. Несмотря на грандиозность задачи, царь понял, что это великая честь для него, а также возможность увековечить свое имя и свои дела, выпадавшая лишь немногим правителям. И действительно, найденные археологами записи говорят, по крайней мере, об одном случае, когда великому царю (Нарамсину), любимцу богов, было несколько раз отказано в участии в строительстве нового храма (подобная ситуация повторилась тысячелетие спустя с царем Давидом в Иерусалиме). Гудеа искусно выразил свою благодарность богу, вырезав хвалебные надписи на собственных статуях (рис. 72), которые поместил в новом храме, и оставил огромное количество письменных свидетельств, которые объясняют, какими были святилища ануннаков и какой цели они служили.

      Как старший сын Энлиля и его единокровной сестры Нинхурсаг и, следовательно, его наследник, Нинурта имел числовой ранг отца, равный пятидесяти (наивысший ранг, шестьдесят, был у Ану, а у второго сына Ану, Энки, – сорок). Поэтому зиккурат в Лагаше получил простое название Е.НУННУ, или «дом пятидесяти».
      На протяжении тысячелетий Нинурта был верным помощником отца, послушно исполняя все его поручения. Он приобрел славу «Первейшего воина Энлиля» во время конфликта, когда мятежный бог Зу похитил «Таблицы судеб» из центра управления миссией в Ниппуре, нарушив связь Небо – Земля; именно Нинурта пустился в погоню за мятежником, настиг его на краю земли и вернул таблицы на их законное место. А когда разразилась жестокая война между сторонниками Энлиля и Энки (в одной из предыдущих книг я назвал ее Второй войной пирамид), опять-таки Нинурта обеспечил победу отцовской стороны. Этот конфликт закончился мирной конференцией, к которой принудила воюющие стороны Нинхурсаг, в результате Землю поделили между двумя братьями, а человечеству была дарована цивилизация в трех районах, то есть в Междуречье, Египте и долине Нила.
      Мир установился надолго, но не навсегда. Недовольным достигнутыми соглашениями с самого начала был старший сын Энки Мардук Возродив былое соперничество своего отца и Энлиля, в основе которого лежали сложные законы наследования ануннаков, Мардук поставил под сомнение пункт о том, что Шумер и Аккад (область, которую мы называем Месопотамией) достались потомкам Энлиля, и предъявил права на расположенный в Междуречье город
Баб-Или(Вавилон) – в буквальном переводе «Ворота богов». В результате разразившегося конфликта Мардука приговорили к погребению заживо в Великой пирамиде в Гизе, однако еще до приведения приговора в исполнение мятежник был прощен и отправлен в ссылку. Для разрешения этой конфликтной ситуации вновь потребовалась помощь Нинурты.
      Тем не менее Нинурта был не только воином. После Великого потопа именно он перегородил горные ущелья, чтобы помешать еще большему затоплению долины между реками Тигр и Евфрат, а также организовал широкомасштабные работы по осушению, чтобы равнина вновь стала пригодной для жизни. После этого он осуществлял надзор за внедрением организованного сельского хозяйства в регионе, и поэтому шумеры называли его
Ураш– «тот, что с плугом». Когда ануннаки решили ниспослать человечеству царство, именно Нинурте было поручено руководить строительством первого города людей, Киша. А когда после устроенных Мардуком волнений, примерно в 2250 году до нашей эры, регион успокоился, опять-таки Нинурта восстановил порядок и монархию из своего «центра культа», Лагаша.
      Наградой ему стало разрешение Энлиля построить совершенно новый храм в Лагаше. Дело в том, что Нинурту нельзя было назвать «бездомным» – у него уже был храм в Кише, а также храм внутри святилища в Ниппуре рядом с зиккуратом отца. Кроме того, он имел собственный храм в
Гирсу,в святилище центра своего «культа» города Лагаша. Группы французских археологов, которые вели раскопки этого места в течение двадцати «сезонов» с 1877 по 1933 год, обнаружили остатки древнего зиккурата и прямоугольных храмов, углы которых были точно ориентированы по сторонам света (рис. 73). По оценкам ученых, фундамент самого первого храма был заложен в раннединастическую эпоху не позднее 2700 года до нашей эры на холме, обозначенном на карте раскопок буквой «К». Надписи, сделанные первыми правителями Лагаша за шестьсот или семьсот лет до Гудеа, сообщают о восстановительных работах и реконструкции в Гирсу, а также о богатых подношениях богам, например серебряной вазе царя Энтемены (рис. 48). Некоторые надписи дают основание предположить, что фундамент самого первого храма был заложен царем Киша Месилимом, занимавшим престол около 2850 года до нашей эры.
      Не следует забывать, что именно в Кише Нинурта основал для шумеров
институт монархии.Долгое время правители Лагаша считались лишь наместниками, которые должны были заслужить титул «царя Киша», чтобы стать полноценными государями. Возможно, именно этот оттенок второсортности заставил Нинурту проектировать аутентичный городу храм; кроме того, ему требовалось место для хранения удивительного оружия, которым его снабдили Ану и Энлиль, в том числе летательного аппарата, получившего название «Божественная Птица-Вихрь» (рис. 74) – размах его крыльев достигал семидесяти пяти футов, и поэтому для него требовалось специальное помещение.

      Когда Нинурта победил сторонников Энки, он попал внутрь Великой пирамиды и впервые оценил не только ее внешнее величие, но также всю сложность и совершенство внутренней архитектуры. По инструкциям, данным Гудеа, можно предположить, что Нинурта лелеял мечту построить не менее грандиозный зиккурат еще со времен своей египетской экспедиции. Теперь, еще раз наведя порядок в Шумере и добившись для Лагаша статуса столицы царства, он вновь испросил у Энлиля разрешение построить новый Е.НУННУ, новый «дом пятидесяти» в святилище Гирсу города Лагаша. На этот раз его желание исполнилось.