МИКРОЭКОНОМИКА № 2/2022 16 сти. Данное обстоятельство подтверждает нестабильность в реализации мер денежно-кредитной политики антиинфляционной направленности. Так, на интервале 2003–2009 гг. чувствительность экономического роста и уровня инфляции к денежно-кредитной политике по денежной массе ухудшалась (рис. 1,3 Приложения 1). Тем самым имелась синхронизация в области накопительного эффекта, причем, отрицательного. Но с 2016 г. по 2018 г. чувствительность эконмического роста к денежно-кредитной политике по М2 увеличилась, но и уровень инфляции показывал чувствительность к денежно-кредитной политике по инструменту М2. Тем самым, накопительный эффект денежно-кредитной политики был явно положительным по обеим целям макроэкономической политики в 2016–2018 гг. Данная ситуация возникла накануне кризиса 2020 г. и по существу уже в 2019 г. была иной, так как обе цели политики стали нечувствительны к денежной массе. Возник отрицательный накопительный эффект, до возникновения «ковидного» кризиса 2020 г. Чувствительность целей политики к процентной ставке одинаково положительная в следующие годы: 2006–2007, 2010, 2016– 2018 гг. Это значит, что имеется положительный накопительный эффект денежно-кредитной политики по процентной ставке, причем и по росту, и по инфляции. В иные годы синхронизации в чувствительности не отмечается (рис. 2,4 Приложение 3). Следовательно, за двадцатилетний период только интервал 2016–2018 гг. показывает положительный накопительный эффект денежно-кредитной политики по двум целям макроэкономической политик — темпу роста и уровню инфляции по двум базовым инструментам — денежной массе и процентной ставке. Таким образом, проводившаяся денежнокредитная политика не позволяла достичь целей макроэкономического развития — темпа роста, при одновременном снижении инфляции. Хотя успешность и положительный накопительный эффект денежно-кредитной политики по цели — уровень инфляции, весьма существенен. На рис. 5–6 приведены эмпирические значения интегрального эффекта g/p и коэффициента чувствительности темпа роста и уровня инфляции к величине денежной массы М2. Рисунок 5. Интегральный эффект и коэффициент чувствительности темпа роста к денежной массе М2, Россия, 2001-2020 гг. 1 –0,5 0 0,5 1 1,5 –0,06 –0,04 –0,02 0 0,02 0,04 g/p K gM2 Источник: рассчитано авторами на основе данных https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/vkFOBqDq/ВВП%20годы%20 (с%201995%20г.).xls https://gks.ru/bgd/regl/b04_17/IssWWW.exe/Stg/d010/i010080r.htm , https://fedstat.ru/indicator/31074 http://www.cbr.ru/vfs/statistics/ms/ms_m21.xlsx
RkJQdWJsaXNoZXIy NzQwMjQ=